НАЙТИ ОТВЕТ ЗАДАТЬ СВОЙ ВОПРОС

Отпевание

Смерть

На вопрос отвечает представитель сайта «Александро-Невский собор г. Барнаула»
10.03.2017

Спрашивает: Екатерина, Барнаул

Здравствуйте! 16 дней назад умер мой родной отец. Скорблю по нему очень сильно, очень тяжело переживаю потерю, молюсь за его душу. Понимаю, что надо жить дальше как обычно, не впадать в уныние, знаю, что уныние - это тяжкий грех. Но меня не покидает чувство, что дальнейшая моя обычная жизнь - это несправедливо по отношению к нему, от этого чувствую себя ужасно. Как избавиться от этого чувства? О чем думать, как жить дальше?
19.12.2017

Здравствуйте, Екатерина! Отвечая на Ваш вопрос, предлагаем Вашему вниманию душеполезные поучения:

Утешение в потере близких – ищущим Христова утешения

«Кто есть человек, иже поживет и не узрит смерти?» (Пс. 88; 49).

«Блаженни мертвии, умирающий о Господе, ей, глаголет Дух, да почиют от трудов своих» (Апок. 14; 13).

«Не скорбите, якоже прочий не имущий упования» (1Сол. 4; 13).

«Уповающаго же на Господа милость обыдет» (Пс. 31; 10).

«Упование наше Отец, Прибежище — Сын, Покров —Дух Святый, Троице Святая, слава Тебе! К Тебе воззвах, внегда уны сердце мое» (Пс. 60; 3),

«в день скорби моея Бога взысках» (Пс. 76; 2).

Кто не терял близких сердцу, кто не нуждается в "Христовом утешении", о котором молит для всех плачущих и болезнующих по отшедшим Матерь наша, Святая Церковь Православная, у Бессмертного Христа Царя и Бога нашего, веселя нас надеждой воскресения! Потеряв человека, даем мы ему настоящую цену, даже иногда, может быть, и увеличиваем оную.

С моим зачатием написывается внутри меня закон разрушения; на каждый вновь образующийся член смерть накладывала свое грозное клеймо, говоря: он мой. Цепь дней моих есть цепь больших или меньших страданий; каждый новый день моей жизни есть новый шаг, приближающий меня к нетлению. Приходят болезни, и трепещущее сердце вопрошает их: предвестники ли вы только моей кончины, или уже дана вам власть разлучить тело от души разлукой горестной и страшной? Иногда умственное мое око, развлеченное суетой, не видит моей печальной участи, но едва встретится какое-либо внезапное скорбное приключение, опять быстро притекает к моему любимому поучению, как младенец к соскам материнским, — к поучению о смерти, ибо в истинной печали сокрыто истинное утешение, и благоразумное памятование смерти расторгает смертные узы!

Ты, Которого неизреченной благости мы создание, скажи нам, почто жизнь нашу растворил горестями? Неужели Твое милосердие не трогается нашими страданиями? почто даешь мне бытие и потом восхищаешь его мучительной смертью?

Не услаждаюсь Я, вещает Бог, твоими болезнями, о человек! Но из семени скорбей твоих и твоих печалей желаю произрастить для тебя плоды вечного блаженства. Не в твоем только теле запечатлел Я закон смерти и разрушения, — запечатлел его в каждом предмете этого видимого мира. Я заповедал всему миру вопить тебе вместе с твоим телом, что жизнь эта не есть жизнь истинная и настоящая, что нет в этом мире ничего постоянного, к чему могло бы привязаться твое сердце любовью непредосудительной! Когда ты не внемлешь громкому гласу всей вселенной, тогда Отеческое Мое благоутробие заставляет Меня поднять жезл наказания; тогда томлю тебя искушениями, измождаю недугами, угрызая скорбями, дабы ты, оставив безумие, сделался премудр. Я Сам претерпел Крест ради спасения человеческого и кого хочу привлечь к Себе, того сперва поражаю скорбями и

стрелами скорбей умерщвляю его сердце к временным сладостям. Жезл наказания есть знамение любви Моей к человеку. Так некогда уязвлял Я страданиями сердце раба Моего, Давида, и когда поток искушений отделил его от мира, тогда некоторое необычное размышление явилось в уме его. «Помыслих, — пишет он, — дни первыя, и лета вечная помянул, и поучахся!» (Пс. 76; 6), — то есть взглянул я на мимошедшие дни моей жизни, и они мне показались мимолетным сном, быстро исчезнувшим явлением. Потом воспомянул о вечности, стал сличать ее с краткостью прошедшей моей жизни и, сравнив вечное с временным, убедился, и в чем же убедился? «Убо образом ходит человек, обаче всуе мятется» (Пс. 38; 7), — т.е. сколько человек не суетится, сколько не заботится о разных временных приобретениях, однако все это напрасно, ибо не престает он быть на земле некоторым кратким явлением, гостем, странником! Таковые чувства и размышления удалили его от мира страстей, он начал поучаться в законе Господнем день и ночь и стремиться к познанию себя и Бога, как жаждущий елень приходить на источники прохладных вод. Как царь, он имел возможность всех временных наслаждений, но когда вкусил сладости внутренних благ, тогда забыл снести и самый хлеб свой. (Пс. 101; 5).

Сердечно соболезную и сострадаю в горести вашей, и в полной мере ценю скорбь сердца вашего, по немощи человеческой и сродному ей печалованию; лишась близкого и любезного сердцу человека, нельзя не чувствовать и не болеть сердцу, и надобно отдать долг любимому предмету соболезнованием, однако ж, не предаваться неутешному сетованию и скорбению; но так как вы — истинный христианин, ищите утешения страждущему духу вашему в священной нашей вере, во уповании на благость Божию и безмерную Его любовь к нам, грешным, и в предании себя во всем Его Святой воле. Только для неверующих не цветет в домашней жизни чистая радость, ибо кто умирает для его сердца, тот умирает навсегда, из отдаленной вечности ему не блещет луч надежды и утешения, его радости мгновенны, а печали безотрадны. Но христианин, убежденный и уверенный в действиях Промысла Божия, покоряется Святой Его воле, вся на пользу устрояющей, и познает, что в здешней юдоли он есть странник, идущий в свое отечество и препровождающий в него отходящих отселе близких и друзей по назначенному для них творческой Премудростью окончанию своего странствования, надеется и сам с ними некогда соединиться в

блаженной вечности милостью Бога нашего. И это самое утоляет печаль о разлуке с близкими сердцу нашему людьми. К этому же и святый апостол Павел укрепляет своим учением в Послании к Солунянам: «Не хощу вас, братие, не ведети о умерших, да не скорбите, якоже и прочий неимущий упования. Аще бо веруем, яко Иисус умре и воскресе; тако и Бог умершия о Иисусе приведет с Ним» (1 Сол. 4; 13, 14), — т.е. умершие в вере и надежде жизни вечной воскреснут. Примите это рассуждение в утешение вашей печали, положитесь на милосердие Творца нашего и явите покорность Святой Его воле.

Написал я вам мои чувства, если и противные светскому разуму, то, по крайней мере, искренние, а искренность может быть утешительной во время печали. Усопший завещал вам перед своею кончиной быть добрым христианином; и я вам этого желаю от всего моего сердца. Тогда смерть потеряет в очах ваших свой грозный вид и сделается только некоторым приятнейшим переходом от временных скорбей к бесконечному наслаждению; она перенесет вас в чертоги, в коих теперь обитает, как мы с некоторой достоверностью угадываем, наш почтеннейший о Господе брат. Самая печаль об умерших, озаренная светом истинного разума, истаивает, а на месте ее зачинает прозябать благое упование, утешающее и веселящее душу.

... За все слава Премилосердному Богу, изливающему нам во всяком случае неизреченные блага! Ибо Источник благости не может источать из Себя никаких других волн, кроме благостных, не понимая коих человек часто ропщет на Всеблагого.

«Бог наш не есть Бог мертвых, но Бог живых, вси бо Тому живи суть. Аще живем, аще умираем, Господни есмы». Тому слава и держава во веки веков. Аминь.

(Из писем Оптинского старца иеросхимонаха Макария)

Как помочь усопшим братьям

Как счастливы мы, православные, что по неизреченной благости Божией можем помогать усопшим братьям нашим, можем облегчать их загробную участь молитвой, милостыней и особенно принесением за них безкровной

Жертвы на Божественной литургии! Нужно только, чтобы все это совершалось подобающим образом, согласно с учением святой Матери нашей, Церкви Православной, в духе любви и смирения христианского. Иначе может случиться, что и молитва наша будет нам же в грех и осуждение, и дело доброе будет бесполезно для усопших и для нас не спасительно. Ты просишь, например, служителя Церкви помолиться за усопшего, заказываешь сорокоусты, не жалеешь денег на поминовение его души. Хорошее это дело, но молись же и сам за него вместе с Церковью! Пусть твоя молитва сливается с молитвой служителей Церкви, пусть она возносится к Престолу Божию вместе с чистым, благоухающим фимиамом кадила церковного!

Суди сам: хорошо ли, если ты заставил служителей Церкви молиться за твоего покойника, а сам в церковь не хочешь заглянуть и думаешь, что сделал дело доброе и можешь успокоиться? Нет, друг мой! Бога не обманешь: если хочешь, чтобы молитва твоя об усопшем была вполне для него благотворна и для тебя спасительна, то дай ей крылья — пост и милостыню; ходи сам, если только имеешь какую-нибудь возможность, ходи неопустительно к той Божественной литургии, которую совершает по твоему желанию служитель алтаря Христова, молись вместе с ним, поговей, попостись, очисти и свои грехи Таинством покаяния, соединись и сам со Христом в Причащении Его Пречистого Тела и Крови и тогда будь спокоен: твоя молитва дойдет до Господа Бога, и усопший твой ближний получит милость Божию, и сам ты будешь благословен от Господа за твою любовь к почившему, и будет обоим вам обоюдная польза!

Одна благочестивая вдовица, заказав сорокоуст по усопшем муже, все сорок дней неопустительно сама ходила ко всем службам Божиим; в 9-й, 20-й и 40-й день по кончине его причащалась Святых Таин Христовых, подавала тайную милостыню, и вот, по окончании этого подвига, в 40-ю ночь усопшей является во сне ее муж, веселый и радостный, крепко жмет ее руку и говорит: "Благодарю тебя, благодарю!"

Будет и тебе благодарен твой усопший ближний, если так совершишь о нем поминовение. А то приятно ли усопшему видеть холодность твою, твое равнодушие к его участи, если ты отдал деньги за сорокоуст, а сам и помолиться о нем не хочешь? Как будто думаешь за деньги купить ему

Царствие Небесное! Положим, молитва Церкви сильна у Господа и без твоей слабой молитвы; но подумай, друг мой: как бы тебе-то не послужило во осуждение это твое равнодушие; ведь можно подумать, будто ты хочешь откупиться от обязанности молиться за почившего! И что это за любовь, которая ценит себя только за сребренники?!

Кажется, как бы не понять этой простой истины, а вот же многие, ах как многие заказывают сорокоусты, делают вклады на вечное поминовение и думают, будто уже сделали все возможное для усопшего, будто больше с них и взыскать нельзя! Нет, братие мои: когда вы сами принесете в молитве Господу смиренное свое сердце, как жертву умилостивления за усопшего, тогда благодать Божия непостижимо таинственным образом расположит к теплой молитве за него и служителя Божия, и всех во храме предстоящих и молящихся. Тогда вы сердцем почувствуете, духом успокоитесь на уповании, что примет Господь жертву безкровную, за усопшего и вместе за вас приносимую, что отмоет Он грехи его и ваши честною Своею Кровию. И в этом уповании вы найдете небесное утешение и выйдете из храма Божия, будто повидавшись с усопшим, соутешившись с ним собеседованием!

Другое средство помочь усопшему есть милостыня. Тяжело говорить, други мои, а нужно правду сказать. Иной бедняк последнюю корову ведет со двора, чтобы закупить припасов на поминальное угощение, а из этого угощения выходит грех один! Братие мои! Разве Богу нужны эти яства и пития? Разве не оскорбление памяти усопшего это вино, которое в добрые старые времена за грех считали подавать на поминальный стол, а теперь оно льется без меры на всех поминках? Разве не тяжкий грех пить и упиваться, когда, может быть, скорбящая, духами мытарей воздушных утесняемая душа еще близко витает около дома, где идет это грешное пиршество в память почившего, где желают ей Царства Небесного не с молитвой слезной в смиренных очах, а с чашей вина в руках? Не языческий ли это обычай? И чем такие поминки отличаются от богопротивных языческих тризн, которые справлялись во дни древние нашими предками, Бога истинного не ведавшими?

Или вот люди состоятельные ставят над могилами дорогие раззолоченные памятники и думают, что этим они увековечивают память усопших! Увы! Не пройдет и ста лет, как такой памятник рассыплется в прах;

да если бы и уцелел этот мрамор и гранит, кто остановится тогда над пышной гробницей, чтобы слезу молитвы за усопшего пролить, чтоб вздохнуть к Богу о упокоении души его, если вы не позаботитесь увековечить имя вашего ближнего каким-либо делом добрым, если вы сами не отрете слезу несчастного от имени усопшего вашего друга, если не запишете его имя на мягких скрижалях благодарных сердец сирот и вдовиц, в память его вами облагодетельствованных?

Возлюбленные о Господе братия! Не грешно поставить и памятник на могиле, если есть у вас на то избыток средств: лишь бы этот памятник был скромен, без излишней роскоши, всего лучше пусть будет это Крест — красота самой Церкви Божией. Не грешно устроить и поминальную трапезу, если позволяют это средства ваши, лишь бы эта трапеза была так же скромна, без вина и роскошных блюд, и всего лучше, если первым гостем на ней будет тот, кто не каждый день обедает досыта, у кого кроме черствой корки хлеба ничего в запасе не водится.

Но если нет у тебя лишних средств на могильные памятники и поминальные трапезы, то вот тебе мой братский совет: вместо поминок помоги ты рублем-другим тому соседу, у которого последняя лошадка пала, или тому несчастному, который лишился всего своего достояния от пожара; привези ты воз-другой дров той вдове беспомощной, у которой давно хата не топлена, а на руках — дети-сироты, купи этим сироткам ботинки, прикрой их от холода овчинкой или куском холста, тобой же сотканного; снеси им мерку-другую крупы, картофеля или пуд-другой муки на помин души усопшего; дай им сколько рука твоя достанет, дай так, чтобы другие люди о том не знали, дай, да так и скажи: "Не я вам даю, не меня благодарите — это дает вам мой усопший отец или мать, брат, сестра или жена. За них молитесь; пусть им Господь вменит мое подаяние!" Вот тогда твоя милостыня будет несравненно выше всяких поминальных трапез в очах Божиих; а как будет благотворна эта милостыня для души-то усопшего! Как возликует, возрадуется эта душа, когда Ангелы, ее сопровождающие по пути мытарств воздушных, вдруг положат на весы правды Божией твое дело доброе, в память почившего тобой сделанное! Дорога милостыня во время скудости, говорит пословица, но никогда живой человек так не нуждается в чужой помощи, как нуждается в ней душа усопшего по исходе из тела!

И верь, друг мой: ты сам в своем сердце тотчас же почувствуешь, что с высоты небесной тебя благословляет десница Самого Христа Господа, Который сказал: «елика аще сотвористе единому сих братий Моих меньших — Мне сотвористе!» И милостыня твоя будет тогда вдвойне приятна Господу: во-первых, как духовная милостыня почившему, во-вторых, как вещественная помощь еще живущему, — и примет эту двойную милостыню твою Сам премилосердный Господь — Владыка живых и мертвых и это дело доброе вменит тебе самому в дело спасительное. Так, помогая усопшему, заслужишь и себе милость Божию!

Этот ответ просмотрели 401 раз.